2- [РУС] «Роль денег в экономике» — первый замминистра финансов Тимур Ишметов / «Экономика Хошимова»

0
181

Беседа с первым заместителем министра финансов Республики Узбекистан Тимуром Ишметовым. О деньгах, инфляции, кто виноват и что делать.

Б.Хошимов: Как Вы считаете, какую функцию сум, как валюта, не выполняет? И какую [функцию] он выполняет хуже всего?

Т.Ишметов: Я не считаю, что сум не выполняет какую-то функцию. Все функции он выполняет, просто в какой-то степени, возможно, недостаточно хорошо. Т.е. не выполнять функции деньги не могут. Если он хотя бы одну из функций не выполняет, то это уже не деньги. В нашем случае, на текущий момент развития экономики, когда мы имеем достаточно высокую инфляцию, плюс высокую степень долларизации экономики — все это в купе, возможно, в некоторой степени функцию сбережения мешает выполнять. Т.е. накапливать в суммах, конечно же, не все желают, потому что имеются определенные риски, связанные с инфляцией.

Б.Хошимов: А не считаете ли Вы, что долларизация – это последствия инфляции, а не причина?

Т.Ишметов: Долларизация – это, отчасти, результат недоверия к национальной валюте. В случае Узбекистана – это и, возможно, результат предыдущей экономической политики, когда масса валютных ограничений и вообще ограничений в денежных обращениях приводили к тому, что все экономические агенты по мере возможности пытались накапливать деньги в долларах, привлекать заимствования в долларах и проводить транзакции в долларах потому, что это было надежнее и удобнее.

Б. Хошимов: На Ваш взгляд, почему у нас четверть века  высокая инфляция?

Т.Ишметов: Инфляция – это вообще результат макроэкономической политики. Могут быть любые причины. Четверть века – период большой. Допустим, в 90-х годах, возможно, основной причиной было печатание денег.

Допустим, последние лет десять точно, возможно и больше, в Узбекистане Центральный Банк правительство не финансировал и кредитные ресурсы банкам тоже не предоставлял. То есть такого классического печатания денег не было. Но с другой стороны, последние года три в Узбекистане идёт корректировка экономики под новые реалии. Предыдущая экономическая политика была основана во многом на поддержании государством различных цен искусственно: на товарных рынках на товары, на денежном рынке — процентные ставки пытались держать искусственно, на валютном рынке искусственно держали курс. Везде цены регулировались государством административно – с одной стороны этот фактор. А с другой – это управление рисками в любых секторах экономики путем внедрения ограничений. Если есть риск какой-то операции, вместо того, чтобы работать с рисками и последствиями, эти операции просто запрещались. Например, экспортно-импортные операции или, в целом, торговый баланс страны.

Одна неправильная политика вмешательства в ценообразование порождает массу ограничений, которые потом переходят в другие сектора, в другие отрасли и в итоге влияют на всю экономику. Поэтому три года назад началось перекраивание экономической политики. Если помните, в 2017 году первым шагом была либерализация валютного курса, т.е. перешли на рыночный курс. Курс девальвировался. Потом начали либерализовывать цены на различных товарных рынках. Экономика в предыдущие годы жила по искусственным ценам  и теперь, чтобы все исправить и перейти на рыночные [цены], надо всю экономику перевести на новый уровень цен. Хочешь, не хочешь – это инфляция. Мы корректируем цены от искусственно заниженных и повышаем их до рыночных (иностранные валюты, процентные ставки, цены на товары). Вот и получается инфляция. Поэтому эта инфляция за последние три года неизбежна и нужна. Нам все-таки нужно провести эту коррекцию. Все понимают, что нам нужно перейти на рыночные цены. И основным фактором инфляции за последние три года был переход на рыночные цены. Существовал параллельный курс — под него подстраивалась вся экономика, весь бизнес, люди, все рассчитывались по параллельному курсу, а не по официальному. Продукция реализовывалась, ориентируясь на рыночный курс. Но есть товары, для которых не существует параллельного рынка.

Б.Хошимов: Например?

Т.Ишметов: Электроэнергия. Здесь поставщик единый – государство. Государство везде и во всем использовало политику косвенных льгот, субсидий для того, чтобы якобы помочь населению они продавали какой-то товар ниже цены. В этом случае понятно, что нереально постоянно продавать себе в убыток, когда-то это закончится. В этом случае, когда повышается цена, образуется инфляция.

Вопрос где?

Т.Ишметов: Ну давайте так. Во-первых, нужно согласиться, что высокая инфляция – это плохо.

Б.Хошимов: Почему?

Т.Ишметов: Потому, что она съедает реальные доходы населения. Потому, что бизнесу при высокой инфляции трудно планировать бизнес. Вы делаете какой-то бизнес, вы должны что-то планировать, какие у вас будут расходы. Если у вас постоянно высокая инфляция, то вы уже на будущие свои товары будете закладывать высокую инфляцию, хотя не факт, что она будет. То есть ожидая высокую инфляцию, вы уже закладываете в себестоимость более высокую инфляцию. В результате, вы уже стараетесь продавать товар подороже сегодня, чтобы потом не попасть в убыток. В итоге — ожидание инфляции на будущий период, если все экономические агентства ожидают инфляцию через год, то она уже случится сегодня. А бизнес и люди ожидают инфляцию, если она постоянно высокая. Поэтому сдерживать инфляцию на низком уровне архиважно. Это задача номер один экономической политики.


Б.Хошимов: Вы сейчас работаете в фискальном органе, а до этого Вы работали в монетарном органе. Чем занимаются эти две организации? Правильно ли, что они занимаются диаметрально разными вещами, как минимум в теории? Как поменялся Ваш день, как поменялись Ваши функциональные обязанности, как поменялось то, о чем Вы думаете?

Т.Ишметов: Основное различие, я думаю, заключается в том, что у Центрального Банка [есть] определенные задачи, но основная задача – обеспечение стабильности цен. Это в нашем случае, в Узбекистане. В других странах это может быть по-другому, т.е. обеспечение стабильности  банковской системы и платежной системы. Основная задача – это стабильность цен. В правительстве задач намного больше. Все, кроме этого [обеспечение стабильности цен], входит в задачи правительства. С той инфляцией, которую мы имеем сейчас на данный момент, бороться бесполезно. Она есть и все. Это результат ваших действий предыдущего периода. Поэтому задача Центрального Банка – это заботиться о том, чтобы инфляция будущего периода — следующий год, последующие годы — не была высокой. Соответственно, Центральный Банк сегодня должен принимать действия исходя из прогнозов инфляции на будущее. Прогнозов. Еще неизвестно будет она или нет. Во-первых, Центральный Банк должен уметь прогнозировать инфляцию будущего периода и сейчас принимать меры, чтобы ее снижать. Задача правительства, в отличие от этого, помимо прочего, решать еще и повседневные задачи. Дороги строить нужно? Нужно. Школы строить нужно? Нужно. Зарплаты выдавать нужно? Нужно. Под инфляцию корректировать зарплаты нужно? Нужно. Поэтому вот эта разница краткосрочных и долгосрочных целей между правительством и Центральным Банком во всем мире порождает возможное недопонимание, рабочие трения. Иногда, когда Центральный Банк сегодня принимает меры, правительству кажется, зачем сейчас повышать ставки, ведь и так все плохо. Ты делаешь кредиты дорогими, а нам нужен экономический рост. Тогда как Центральный Банк, даже если сейчас инфляция высокая, процентные ставки высокие и кредит дорогой, но он увидит, что в следующем году инфляция будет еще выше и последствия будут хуже, то принимает жесткие меры, вплоть до повышения процентных ставок, чтобы охладить этот пыл, чтобы снизить инфляцию на следующий год. Цена снижения инфляции следующего года – это жесткие меры в этом году. Поэтому во всем мире, и теория, и практика показали, что идет тенденция к тому, чтобы Центральному Банку давать больше автономности в принятии решений от правительства и парламента. Почему? Потому, что цели разные. Когда у вас цели разные, вы к одному решению прийти не можете.

Б.Хошимов: Я имею ввиду, у Вас, как у руководителя, в чем проявляется разница? И есть ли багаж центрального банкира сейчас? Т.е. может быть, Вы очень сильно противитесь каким-то фискальным экспансиям?

Т.Ишметов: Основная задача Минфина в текущее время – фискальная экспансия. Понятно, что за предыдущие годы мы недоинвестирвали. Наверно, нет ни одной отрасли, где бы у нас было все нормально с инвестициями. Есть громадный инвестиционный голод, есть желание сделать реформы, построить дороги, как Вы говорите, школы, другим отраслям помочь. Но самое главное, что у государства есть резервы. И в такой момент сдерживать себя и не пытаться эти деньги побыстрее использовать очень трудно. Тогда как для макроэкономической стабильности, при текущем уровне инфляции, негативном балансе, нам нужна жесткая финансовая дисциплина: бюджет должен расходоваться в пределах доходов. Вот сколько вы заработали, например в этом году, столько вы и должны расходовать. Не тратить резервы, и не заполнять экономику деньгами. Основная проблема Минфина на текущее время именно эта. Есть большой спрос, есть большое давление, в хорошем смысле, что мы должны это сделать.

Фактически, наш день проходит в спорах с другими министерствами о том, что оно [министерство] должно получать те деньги, которые заложены  в бюджете. А ежедневно все просят новые деньги. Просят, инициируют, делают проекты постановлений, бурные обсуждения, что нужно что-то сделать. Если каждого по-отдельности послушать, то, в принципе, они правы. Да, это нужно делать. Но если в целом все это делать и нарушать свой же бюджет, который мы утвердили, то в итоге последствия негативные — девальвируют все ваши хорошие планы.

За мою почти 20-летнюю карьеру в Центральном Банке ни разу не было случая, чтобы…

Б.Хошимов: Не было дефолта…

Т.Ишметов: Да, банки закрывались, но людям деньги возвращали.

Правительство ставит любой проект на обсуждение. Это  для Узбекистана невероятное достижение, в моем понятии. Одно дело, когда я, будь то в Минфине, будь то в Центральном Банке, буду спорить и говорить «нет, это не правильно», а другое дело, когда весь народ будет это говорить. Но правительство на это осознанно идет. Значит, оно осознанно идет на то, чтобы делать условия, делать меньше ошибок. Это достижение. Я считаю, это бесспорно.

То, что в Узбекистане госкомпаний много и то, что в каждой отрасли они занимают доминирующую позицию, спора нет. Но то, что есть, то есть. Сейчас у правительства задача – постараться выходить из хозяйственной деятельности. Тот же транспорт — постараться оттуда уйти, энергетика…

Явный пример электроэнергетика. На текущий момент генерация энергетики недостаточна, чтобы покрывать текущий спрос. Все это знают. Поэтому где-то иногда отключат свет потому, что его физически нет. Теперь, если взять прогноз спроса на следующие 10 лет, энергоресурс, будет увеличиваться. Во-первых, население растет, во-вторых, экономика, как бы ни говорили, растет.

Единственный выход – это привлекать туда частные инвестиции. Чтобы частные инвесторы открывали частные генерирующие отрасли. Для этого реформа энергетики и началась. Что сделали? Сначала эту махину Узбекэнерго разделили на 3 части, как во всем мире. Понятно, что генерирует тот, кто генерирует – это отдельный бизнес. Пожалуйста, он генерирует, он продает, трансмиссия может быть государству, это монополия, зачем кому-то частному отдавать. Весь этот процесс направлен на то, чтобы государство поэтапно выходило. Чтобы частные инвесторы, местные и зарубежные, приходили и строили электростанции, надо сначала провести реформы. То же самое начали в нефтегазовой отрасли, начали в транспорте, где «Хаво йуллари» авиакомпанию сейчас отделили от аэропортов. Начало реформ во всех этих отраслях ведет к тому, что государство будет постепенно уходить. Если бы это можно было за 3 дня сделать, сделали бы в прошлом году.

Б.Хошимов: По Вашему мнению, 3 основные причины такого низкого роста?

Т.Ишметов: Три? Можно одним словом назвать – неправильная экономическая политика.

Одно ведомство по отдельности абсолютно ничего не сможет сделать. Тот же Центральный Банк, как бы ни говорили о его автономности, если они с Минфином не будут координировать свою политику, то грош цена и результат этой автономности. Поэтому я и говорю в целом общеэкономическая политика.

Основной ошибкой я считаю то, что был упор на…

Б.Хошимов: Самодостаточность…

Т.Ишметов: … на обеспечение экономики силами государства, чем на частный сектор. Я думаю, единственный способ нам улучшить ситуацию – это только опираться на частный сектор. Самое главное – не пытаться делить на иностранный и местный. Если местный бизнесмен не будет вкладывать, иностранный тем более не придет.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here